Чечня — Москва и 21 век

В октябре 2010 года мне довелось съездить в Чечню со своим знакомым приятелем Духтаевым Хаважи Салавдиновичем — чеченцем по национальности, который пригласил к себе в гости.

Оренбург, Самара, Волгоград, Элиста, Кизляр, Грозный, Аргун, Гудермес, Хасавюрт и Анапа — нам пришлось проехать этот путь за пять суток.

Наш автомобиль «Вольво-450» легко выжимал скорость в 140—150 километров в час, что меня, конечно же, сильно тревожило.

— Хаважи!

Ты ещё должен меня привезти назад в Оренбуржье.

Так что сильно не гони, — то и дело просил я его.

Понял тебя, брат, обязательно приедем и обратно.

Вот только посмотрим на нашу Чечню, съездим ещё в Хасик (город Хасавюрт в Дагестане), да искупаемся пару раз в Чёрном море.

А тогда и обратно можно ехать! — убедил Хаважи.

В Чеченскую Республику мы въезжали через дагестанский город Кизляр.

Позавтракав в придорожном кафе, мы продолжили свой путь.

На окраине Кизляра, здесь начинается граница с Чечней, стоит российский блокпост МВД.

Сотрудники милиции остановили нас сразу же, как только мы подъехали к посту, объезжая наставленные змейкой в два ряда фундаментные блоки.

— «Цель вашего визита в Чеченскую Республику?» — вежливо спросил нас один из военнослужащих, подойдя к автомобилю.

— Домой едем, дорогой! Домой! — ответил Хаважи.

— А вот он едет ко мне в гости, — показывая на меня, как будто пытаясь оправдаться.

Разговорились с пацанами.

Я рассказал о своей ностальгии по Грозному — ребята как-то поддержали.

Будете ехать назад через наш пост, привезите, пожалуйста, открытки нового Грозного, — попросили нас милиционеры.

Первый населённый пункт — селение Бороздиновская.

Проезжаем через центральную улицу села и смотрю на лица прохожих, смотрю в глаза молодым чеченским пацанам: на душе какое-то необъяснимое волнение.

А всё ведь, как и у нас в России.

А Чечня, что не Россия?

— Честно сказать!

— Не знаю.

Но ведь все также как и у нас дети идут из школы, размахивая портфелями, улыбка и счастье сверкает в их глазах.

Ну и дай-то Бог!

А вот автотрасса в этом районе — как у нас, с ухабами.

— Что не дал еще в свое время Ваш Путин этим чеченским деревням, так это дороги! с какой-то усмешкой глядя на меня, добавил Хаваж.

— Понял, Серега!

Хотя сейчас, ближе к Грозному, ты увидишь цивилизацию.

И вот проехали еще 7—8 селений, как показался Толстой-Юрт.

— За той горой уже Грозный будет виден.

Вот и приехали, братка! — сказал Хаваж.

Поднялись по автосерпантину, и я не верю своим глазам.

— Грозный! Вот он родимый!

И видимость ясная.

Правее видны новые по своей белой окраске высотки Грозного. Автотрасса, как зеркало, и везде новая разметка, новенькие знаки и указатели.

Движение машин очень плотное, а из автомобилей, в основном «Приоры».

Эти Лады — также стали бесплатным «подарком» от Москвы, и по всей Чечне их, кажется, миллион.

Мы едем дальше и на главной развилке уходим на Гудермес.

Нужно было заехать сначала к родне Хаважа.

Маленькие селения по федеральной трассе — «Ростов-Баку» стоят друг от друга на расстоянии 5—10 километров: Азамат-Юрт, Мескер-Юрт, развилка на Курчалой, далее Новогрозный, Энгель-Юрт и совсем новый Гудермес.

Этот город — второй по величине после Грозного.

И даже в те военные времена в нём было-то всего пару пятиэтажных домов, — теперь Гудермес другой.

Это неузнаваемые своей красотой улицы и многоэтажные дома.

Стоят в центре города около десятка 16-ти и 18-ти этажных домов.

И домики эти не простые и не такие как у нас, они обрамлены черным мрамором и гранитом, окна сделаны из зеркального стекла.

И на стенах многих зданий — большие баннеры с портретом «ВВП» — Владимира Владимировича Путина.

А когда ехали по Гудермескому району удивили своим видом высокие каменные башни.

Еще пару лет назад начали строить эти башенные комплексы в вайнахском стиле «под средневековье».

Именно такие башни когда-то в средние века строились в горах Чечни.

О древнем быте чеченцев напоминают и скальные скульптуру.

В тот ансамбль входит и 18-метровый водопад в виде части горной скалы.

Строительство этих комплексов ведут специалисты из Дагестана.

На дворе шел второй день великого праздника всех мусульман Рамадан.

В эти дни близкие родственники едут друг к другу в гости, общаются, угощают добротными столами с едой.

В Гудермесе мы провели пару часов, и уже к вечеру нужно было ехать в село Алхан-Калу, где проживают родители Хаважа.

Ах, как тепло приняла нас тётя Яха — мама Хаважа! Переночевали и рано утром, позавтракав, выезжаем в Грозный.

В первую очередь нам нужно заехать в автосервис подлечить наше авто.

И вот мы едем по Грозному, и я не верю себе, что нахожусь в Чечне: ни одного разрушенного здания.

Всё уже восстановлено.

Вот она, площадь Минутка, все здания вокруг неё неузнаваемы.

Проезжаем через дорожный туннель, где в октябре 95-го был совершён теракт против генерала Анатолия Романова (он до сих пор находится в недвижимом состоянии).

Проспект, когда-то называвшийся именем В. И. Ленина (до Дудаева), потом именем Шейха Мансурова (при Дудаеве и Масхадове).

Теперь проспект поделили на проспект имени Владимира Путина и проспект имени Ахмат-Хаджи Кадырова.

— Власти Грозного даже пообещали народу вернуть городу былую славу «города роз» и построить 100 фонтанов.

Планируется посадить по паркам более трехсот тысяч кустов роз.

Где-то я вычитал, что расходы на озеленение Грозного только в 2009 году составили порядка 18 миллионов рублей, — высказал Хаваж.

— В скором времени в Грозном будет открыт Республиканский больничный комплекс на 800 мест, считаемый самым большим во всем Северо-Кавказском федеральном округе.

Вскоре мы заезжаем в автосервис на улице Садовой, где пришлось оставить наш автомобиль на четыре часа: в коробке переменных передач вылетала 4 и 5 скорость.

Поймали такси и первым делом я горел желанием ехать на железнодорожный вокзал.

Через несколько минут проезжаем мимо мемориального комплекса «Аллея Славы», где главной достопримечательностью является музей первого президента Чеченской республики Ахмата-Хаджи Кадырова и памятник Героя СССР Мовлада Висаитова. 40 бронзовых барельефов Героев Великой Отечественной войны все они выходцы из Чечено-Ингушетии виднеются вдали.

По словам проектировщиков памятник воинам ВОВ станет одним из лучших не только во всём Северо-Кавказском федеральном округе, но и в стране, — вот даже как, брат, — высказал Хаважи.

Стилизованная башня, напоминающая четырехгранную пику высотой около 40 метров, колоннада с отображением восьми основных событий Великой Отечественной войны, какой-то конный памятник все это блеском золота, серебра и бронзы сверкает даже на тускло проглядывающем из облаков солнца.

Едем по улице Маяковского, где в глаза бросается своей красотой высотка Дома Печати.

10-этажное здание стоит там же, где и стояло раньше, только стены теперь украшены чёрным зеркальным стеклом на фоне синих красок.

Лицевая сторона здания сверкает серебром, отражая проезжающие по дороге машины.

Далее проезжаем мимо памятника Дружбы Народов — самое страшное в былые времена место.

При власти Масхадова процветал здесь невольничий рынок, где прямо у стены хозяева «независимой Ичкерии» проводили публичные расстрелы, карали «провинившихся» по законам шариата.

Две войны своими осколками уничтожили памятник практически до постамента. Теперь восстановлен новый в том же проекте.

Все та же своеобразная скульптурная группа, где плечом к плечу стоят русский, чеченец и ингуш — Николай Гикало, Асланбек Шерипов и Гапур Ахриев.

В этом памятнике, по замыслу автора, должна была воплотиться память о легендарных героях революции и гражданской войны, а также символ дружбы народов многонациональной страны.

Да, именно дружба народов многих национальностей процветала когда-то в Чечне.

Это была настоящая дружба. Кто жил в Грозном до 80-х наверняка скажет самые добрые слова об этом городе и его людях.

Они никогда не враждовали между собой.

За последние двадцать лет эпоха сильно поменяла все по своему.

Но все равно тысяча русских, чеченцев, армян, евреев помнят тот прежний Грозный — мирным, советским и дружелюбным.

В конце 20 века Чеченская война поссорила многие народы России, поставляя адресатом во все ее уголки тысяча гробов: многострадальная страна от тех войн вставала на колени.

Сейчас в начале 21 века мне пришлось увидеть совсем другую Чечню — полностью восстановленные, красивые и процветающие города и селения…

Едем дальше и вот он, участок улицы, где тем вечером 1-го января 1995 года нашу бронеколонну атаковали чеченские боевики.

Сейчас я здесь ничего не узнаю, и нету уже того кирпичного забора, из-за которого боевики лупили по нам «граниками» со школьных парт.

Совсем другая улица, совсем другие дома, да, наверное, и совсем другие люди.

Вскоре свернули на улицу Рабочую.

Это в то время она называлась Рабочая, теперь улица названа именем Героя Советского Союза Мовлада Висаитова.

Очень многие улицы города носят новые названия: ранее проспект Орджоникидзе теперь называется проспектом имени Хусейна Исаева, улица Красных Фронтовиков с 2007 года переименована в улицу героя России Сайпуди Лорсанова, самая старая улица Грозного — Первомайская теперь называется улицей Шейха Али Метаева.

И так многие другие улицы и проспекты города.

И везде на зданиях плакаты с портретами Путина и Рамзана Кадырова.

По мере продвижения нашего авто к центру города я стал немного адаптироваться.

Ехал и не переставал охать от всего увиденного: я словно находился в шоковом состоянии.

А тут еще мимо нас на противоположной стороне проспекта промчался эскорт черных «Лэнд Крузеров».

Друг за другом с темными лобовыми зеркальными стеклами эти «Тойоты», а их было более двадцати машин, пронеслись прямо по разделительной сплошной полосе дороги.

И на всех «джипах» блатные госномера с серией букв — «КРА», что означает Кадыров Рамзан Ахматович.

Вот уж у них охранение. …Теперь.

Ранее

Далее

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Ed Valitov/ автор статьи
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Системы Безопасности
Добавить комментарий